вторник, 18 ноября 2014 г.

Как поменять квартиру и не сойти с ума

11 лет мы живем в этой квартире и 11 лет длится ремонт. Наша квартира как египетская пирамида, будет строиться десятилетиями. По уму ремонт надо было бы сделать хоть какой-то до въезда, но это было невозможно, ни по финансовым, ни по другим причинам.


Заболела мама, упала - микроинсульт, перелом шейки бедра - и вот на руках лежачий больной. Оставить ее одну в квартире и бегать между двумя домами невозможно, перевезли к себе. И вот мы двухкомнатной квартире, с двумя уже взрослыми детьми, с больной мамой. Поэтому улучшение жилища, о котором (так долго говорили большевики) мы уже поговаривали, состоялся почти стремительно. Ну почти стремительно... Январь прошел в суете с больной мамой, в феврале мы созрели, обратились в агентство и к нам хилой струйкой потянулись риелторы. Хилой потому, что мы возжаждали квартиру четырехкомнатную, но достаточно бюджетную. Хоромы в 200 квадратных метров нам было не потянуть. Оказалось, что в нашем городе бюджетных квартир в четыре комнаты немного, а в нашем районе особенно, ну а в продаже их...
 В общем посмотрели мы всего три, все одинаковой планировки, все на 5-этаже. Одна была хороша (южная сторона, почти в соседнем доме), но, несмотря на отсутствие "человеческого" ремонта, цена была явно завышена. Разъезжались свекровь с невесткой, между ними проскакивали искры. Был ли в наличии мужчина, которого "делили" эти женщины, я так и не поняла. У меня создалось впечатление, что одна из них вдова, вторая - мать, потерявшая сына. А может быть он сбежал и от одной и от другой. Видимо назло друг другу, каждая выторговывала себе хорошие условия, поэтому цена жилья была несколько неадекватной. Вторая квартира была далеко от остановки (а детишкам в школу, а кому-то на работу) и выходила окнами на поля. Теперь эти окна выходят на жилой квартал. Но мы остановились на третьем варианте.
Смотрели мы будущее жилье 8 марта, вечером. Показалось оно нам темным - северная сторона. Хозяева, пенсионеры, экономили на лампочках, и хотели приобрести себе двушку, непутевому сыну лет тридцати пяти - однокомнатную, а еще хитропопая старушка-энерджайзер желала положить остаток в чулочек. Нашу квартиру "застолбили" еще 1 марта и мы решили не тянуть с поисками других вариантов
. За 2 месяца наша жизнь превратилась в жизнь "на вокзале" - я в одной комнате с лежачей мамой, муж с сыновьями в другой комнате, старший спал на раскладушке. И так было в марте, и в апреле, и почти весь май - хитропопая старушка подбирала варианты и тянула время. 30 апреля состоялась многоступенчатая купля-продажа. Наша толпа в регистрационной палате состояла из доброй дюжины человек: мы с мужем, купившие квартиру у нас (двое), старушка со старичком - у которых купили мы, их сын, те, у кого они покупают квартиру для себя, и те, у кого для сына. Плюс два риелтора, курирующие это безобразие. Может был кто-то еще, но пальцы на руках закончились, а разуваться в толпе неудобно. Толпа в регистрационной палате была как на Казанском вокзале летом во времена, когда еще нужно было компостировать билеты. Проторчали в очереди часа четыре, у меня было ощущение, что я разгружала товарные вагоны.
Напрасно думать, что на майские мы въезжали в освободившееся жилье. Нифига! Хитропопая старушка не выехала, пока в своей новой квартире ремонт не сделала (о чем мы узнали гораздо позже). Нам же она "на голубом глазу" врала, что жильцы из ее новой квартиры не выезжают.А нас долбали владельцы нашего жилья, так как несчастные люди продали квартиру еще в начале февраля, съехали в летний домик на дачу к друзьям, вещи в контейнере где-то стояли и их залило дождем.
 Мы готовились въехать на 9-е мая, потом 13-го, а въехали 21-го или 22-го, но через день я гладила сыну рубашку на последний звонок в заваленной барахлом кухне. К выпускным экзаменам он готовился, ночуя на той же раскладушке в комнате, где кроме раскладушки был письменный стол и табурет.
Не знаю, улучшилось ли что-нибудь в процедурах приобретении жилья с тех времен, но волосы у меня стоят дыбом при мысли... А ведь придется когда-нибудь...